Рубрики
Хроника

Кто пойдет за Клинским?

За митрополитом Клинским, экзархом всея Африки, пойдут «102 клирика Александрийского Патриархата из восьми стран Африки, согласно поданным прошениям» (цитата из решения Священного Синода РПЦ от 29 декабря 2021 г.). Мелочь в предпраздничной суете? Нет. Институционализация раскола.

Напомню кратко: в 2018 г. Константинопольский патриарх признал новую украинскую юрисдикцию своей, согласно ее горячим пожеланиям и вопреки столь же горячим возражениям Москвы. С тех пор все поместные церкви, которые ее тоже признают, считают в Москве «уклонившимися в раскол» и «разрывают с ними общение». Притом односторонне: в РПЦ не благословляют своим прихожанам посещать православные храмы в Константинополе или Александрии, но если кто туда придет, им ни в чем не будет препятствий. Разрыв односторонний. Гибридный, так сказать.

Ну разорвали и разорвали, всякое бывает, можно и потом общение и вернуть – так было до недавних пор. Мне, впрочем, и тогда уже казалось, что перед нами событие масштаба 1054 года, когда западная (католическая) и восточная (православная) церкви разорвали меж собой общение, и оно до сих пор остается разорванным. Да теперь уже трудно и склеить разбитое: каждая традиция ушла вперед, различия, которые казались мелкими и незначительными, стали принципиальными: вот у нас, в отличие от них… И, конечно, вопрос власти: кто кому будет подчиняться?

Так вот, вчера был сделан огромный шаг по увековечиванию раскола: Московская патриархия ни много, ни мало провозгласила свою юрисдикцию над всем Африканским континентом, до сих пор входившим в один из пяти древнейших патриархатов, Александрийский. Александрия этого, очевидно, не признает, да и остальные поместные церкви тоже. И следующие шаги логичны: все поместные церкви, которые этого не признают, за Клинским не пойдут и продолжат общаться с Александрией (а это буквально ВСЕ поместные церкви), будут объявлены раскольничьими. Вероятно, на стороне Москвы останется Сербская церковь, может быть, еще парочка небольших юрисдикций, но не более. И возникнут русские экзархи во всех остальных частях света: Жигулевский, Очаковский, Останкинский…

В результате в ближайшее десятилетие мировое православие поделится-таки на греческое и русское. Нет, никакого Filioque, никакого целибата для духовенства или непорочного зачатия Девы Марии (всё это разделяет православных с католиками), даже никакого папизма (впрочем… но об этом ниже). Только украинский вопрос – и глобальный раскол мирового Православия. А там подтянутся и вторичные вопросы: греки празднуют свое Рождество 25 декабря, нечестивцы, тогда как наше, родное русское Рождество, отмечается строго 7 января, от веку так повелось (в 2100 году будет сюрприз, что уже 8-го, но это еще не скоро) и не грекам нас учить!

Смысл?

Это, конечно, обида и месть Константинополю за Украину (и нет, я не считаю, будто та патриархия во всем права, совсем нет). Бессильная, надо сказать, месть. Но есть и более внятная цель: построение на территории одной, отдельно взятой Российской Федерации суверенной Государственной Церкви. Со всеми вытекающими последствиями. На уровне риторики и эстетики давно к тому идет – см. Главный Храм Вооруженных в Подмосковье. Вооруженные, они такие. Это вам не двенадцать легионов ангелов!

Среди епископов, священников и диаконов, прихожан РПЦ и просто сочувствующих немало таких, кто этому совсем не рад. Это решение принято лично Патриархом, как и все остальные решения последнего времени (кстати о папизме). Но еще больше таких, кто просто ничего не заметит. А многие и согласятся: так проще, так лучше, так «каноничнее», нам по телевизору рассказали. Хотя канонами здесь всего лишь идеологические дырки затыкаются…

Что дальше? Логичен следующий шаг: теперь на канонической территории РПЦ, в том самом Клину, или Талдоме, или Торжке, появятся приходы Александрийского или Константинопольского патриархатов – это же совсем другая конфессия. Понятно, что при нынешней власти этого не будет, позаботится ведомство Бастрыкина – но навсегда ли оно? А раскол, похоже – на века, и думаю, что однажды он перестанет быть односторонним.

В интересную эпоху живем, товарищи. Для историка интересную.